Прошло несколько месяцев с момента массового предсказания и объявления империей Мелистон войны демоническому королевству Вольден. В большинстве королевств по-прежнему то и дело всплывали споры и беспорядки, однако в сравнении с первым днём – это уже было сущей мелочью. В общем, кое-как людей успокоить удалось. Что же до хода войны, то пусть определённые потери со стороны нападавшего и были, все прекрасно понимали, кто выйдет победителем. Особенно однозначным всё стало в момент, когда поползли слухи о появлении первого апостола. Впрочем, как и многое в мире, для большинства это всё происходило где-то на фоне, незаметно. Примером подобного явления и была деревушка на окраинах королевства Блейст.
Жители Феллена совершенно не обращали внимания на происходящее, ведь мало того что жили в далёком от поля боя королевстве, так ещё и после прогремевшей пару лет назад по всему континенту болезни, выкосившей многие соседние деревни, оказались почти полностью отрезаны от мира. Как следствие, новости оттуда они получали нечасто. По сути, единственным источником этих самых новостей были письма от детей, отказавшихся прозябать в этом богом позабытом месте, с которого даже налоги не собирают. Что и неудивительно, если вспомнить про находящийся неподалёку лес тьмы, байки об ужасающих чудовищах которого передаются из уст в уста уже не первое столетие. Но никто не жаловался, ведь благодаря местным условиям можно было жить исключительно за счёт близлежащей реки и выращенного урожая.
В общем, все были рады и благодарны иметь то немногое, что у них было, и большего не просили. Однако, словно насмехаясь, судьба-матушка решила всё несколько усложнить. Ведь в один день пришли эльфийка и самый настоящий живой человекоподобный механизм, принеся с собой смерть и разруху. Дома, охваченные пламенем, крики детей и пронзительный женский смех – вот что заполнило ранее мирную деревушку.
— Катерина, не увлекайся. Дети нам нужны живыми, — холодно произнесла машина.
— Но ведь это та-а-а-ак весело! Особенно когда они и правда верят, что я пощажу их родителей за мольбы, признание в грехах или чего ещё! Да и вообще, “живыми” ведь не значит “целыми”, разве нет? — возразила красноволосая психопатка, пронзая копьём насквозь сердце того, кто ещё секунду назад был чьим-то живым отцом.
— Целыми тоже нужны, поэтому прекращай этот балаган и принимайся за работу. И поскорее. Не хватало нам ещё инквизиторов по свою голову.
— Ладно-ладно, “босс”. Буду скучной и послушной, погрузив всех детишек в клетку, — немного приуныв, эльфийка всё-таки согласилась, ощутив на своей шее небольшой электрический ток и чью-то в буквальном смысле стальную хвать, после чего направилась к группе сбившихся в угол остатков здания детей. Ловкими движениями рук та связала их и с помощью духов перенесла внутрь клетки в стоящей неподалёку повозке.
— Зачем связала, если всю работу всё равно сделали духи?
— Им так “проще работать”, видите ли.
— До сих пор удивлён, что они вообще с тобой поддерживают духовную связь, учитывая устроенное тобой в Нильсе.
— Я так-то тоже была удивлена! Причём побольше твоего, между прочем.
Как только каждый спрятавшийся ребёнок был помещён в клетку, подошёл единственный взрослый человек, оставшийся в живых. Тот, казалось, несколько побаивался кровожадной эльфийки и холодного во всех смыслах убийцы, но всё равно набрался смелости начать разговор.
— Н-наконец-то! Как и-и договаривались, возможность прожить новую б-беззаботную жизнь в обмен на деревню.
— Ага! Прожить на той стороне, — усмехнулась Катерина, пронзая сердце мужчины.
— Мы же вроде договаривались, что и правда дадим ему желаемое? Даже обет молчания заключили.
— Знаю-ю-ю. Но его лицо было такое уродливое, вот и не сдержалась. У меня высокие стандарты, знаешь ли!
— Боже, и почему мне досталась именно ты…
— А вот не надо было на жеребьёвку соглашаться! Теперь же поздняк метаться, будем всю дорогу с тобой о том и сём болтать. М-м, романтика.
Радостно подпевая себе под нос, девушка накрыла клетку плотным одеялом и села на место кучера. Названный боссом с подобием отвращения на своём механическом лице устроился на вершине клетки, чтобы следить за окружением и жертвами. Дети же, неспособные ничего противопоставить, могли лишь плача и дрожа от страха, ожидать конца пути.
Спустя не то час, не то два, повозка наконец остановилась. Снаружи послышались знакомые голоса убийц-похитителей, что вновь о чём-то спорили. Как только же они утихли, неизвестная сила подняла все ещё накрытую одеялом клетку в воздух, перенося её куда-то дальше. А когда движение прекратилось, и одеяло сняли, похищенные обнаружили себя рядом с ещё несколькими заполненными детьми клетками в тёмном помещении, где единственным источником света был лишь коридор слева. Вскоре в комнату вошёл механический человек вместе с мужчиной в сером халате, отчасти запятнанном кровью.
— О-о-о! Какие невинные у них лица. Быть может, нам действительно удастся призвать истинную тень в этот мир!
— Никаких “может”. Ты обязан это сделать, учитывая количество вложенных нами ресурсов.
— Конечно-конечно! Я, великий учёный Маркус Хельт, обязательно добьюсь успеха в порученной мне миссии.
— Очень на то надеюсь. В любом случае, мне нужно заняться парочкой других насущных проблем. Оставляю их на твоё попечительство, — вздохнув, отклонился механизм.
— А зачем ему дышать? — на секунду призадумался учёный, но сразу же переключил своё внимание на то, что было у него прямо сейчас под носом. — Ах, детишки. Надеюсь вы будете прекрасными жертвами. Хотя, у вас и выбора-то нет, ха-ха! Теперь же, вам стоит немного поспать.
Закончив с небольшим монологом, Маркус достал из внутренних карманов халата нечто вроде порошка, после распыления которого все вдруг ощутили слабость в теле и независимо от того, хотят ли этого, уснули. Ненадолго открыв дверцу клетки, тот взял одного из детей, направившись с ним прямо по коридору. В помещении, куда вёл коридор, уже было подготовлено всё необходимое – в том числе и алтарь.
К сожалению для учёного, проведённый ритуал окончился провалом. Унывать, однако, он не собирался. Ведь нет ничего более занимательного для столь пытливого до знаний человека, чем бездыханное тело жертвы, что была отвергнута истинной тенью. Приобрело ли оно новые свойства? Может ли восстать из мёртвых при помощи запретных техник? Столько вопросов, которые лишь ждут, когда на них найдут ответ. И Маркус не собирался упускать ни один такой вопрос.
С того момента и началась тяжёлая, ужасающая и полная страданий жизнь в месте, прозванном лабораторией. Дети оказались вынуждены смотреть и слушать, как их друзья одни за другим исчезают и, издав крик агонии, более никогда не возвращаются, становясь после смерти расходным материалом для экспериментов безумца, пока не наступит уже их очередь. Одних это пугало. Других же – лишь сильнее заставляло ненавидеть учёного. И прежде, чем эта ненависть вылилась во что-нибудь стоящее, прошло целых два года.
Война уже окончилась сокрушительной победой священной империи, а апостол явил себя миру. Столпам же удалось выйти лишь на пару незначительных членов культа, что несколько подкосило моральное состояние группы. И во всём этом хаосе, что был, исчезновения парочки маленьких деревень никто даже и не заметил. Лишь некоторые из детей, отправленных родителями постигать большой мир, начали что-то подозревать, когда писем-ответов не было сначала один год, а потом и два – но ничего толкового предпринять так и не смогли.
И вот, в глубинах подземной лаборатории, свой план в действие начали приводить те немногочисленные дети, что остались после двух лет экспериментов. Предварительно обсудив всё ночью, они дождались, когда войдет Маркус. Тот, уже не особо обеспокоенный возможным сопротивлением со стороны жертв, решил в очередной раз не использовать экстракт сонной пикси. И в момент, когда он нагнулся, чтобы взять в руки одну из девочек в качестве жертвы, та всадила прямиком в его глаз короткий, но хорошо заточенный железный прут. Охваченный невероятной болью, тот пал на холодный, каменный пол, истошно вопя.
— С-сука-а-а! Малолетние т-твари!
Воспользовавшись моментом, один из детей выхватил из его халата связку ключей, сразу же принявшись открывать клетки, пока остальные направились прямо по коридору. В основном помещении лаборатории было пусто. Как слышал один из мальчишек, тела жертв после того, как те становятся бесполезны, сжигают. Собравшись в полном составе, все побежали по лестнице вверх. Какой-либо охраны они не встретили, пусть и были готовы к обратному. Видимо, самоуверенность учёного была ещё больше, чем те думали.
Наконец получив долгожданную свободу, все принялись идти в сторону по заранее согласованному друг с другом пути побега. Но произошло то, чего многие не ожидали. Один мальчик сначала остановился, а затем принялся медленно идти в противоположную сторону.
— Айлан!..
— Я… Я не могу! Взять, забыть всё, что произошло и жить дальше? Зная, что каждый день нас могут и будут искать, чтобы вновь вернуть в этот ад? Лучше умереть! — со слезами на глазах, мальчик бросился прямиком в лес тьмы поблизости.
— И что нам делать?
— Ничего. Он сделал свой выбор. Причём уже давно. Максимум – молиться за его благополучие.
Так они и разделились. Мальчик по имени Айлан с волосами цвета ночного неба бросился навстречу верной смерти, а остальные выбрали скрываться и жить в этом, как им казалось, богами проклятом мире. Когда же солнце уже опустилось за горизонт, в лабораторию прибыл тот самый живой механизм. И увиденное ему крайне не понравилось. Прибив учёного, что еле выжил, за халат к стене с помощью поршня на локте, он явно раздражённым голосом произнёс:
— У тебя была ровно одна задача. И что я вижу? Все наши труды, наши вложения – всё насмарку!
— Я-я! Я обязательно всё исправлю, господин Хоунер! Они все поплатятся!
— Ты сейчас серьёзно? — с ещё большим раздражением спросил Хоунер, придавив учёного уже вторым локтём. — Ты сейчас жив лишь потому что твои куриные мозги нам полезны. Если бы не это… Поверь мне, твоё тело лежало бы бездыханным трупом в ту же секунду, как я вошёл.
— … — сглотнул Маркус.
— Лучше займись собой и этой чёртовой лабораторией. Искать их сейчас уже бесполезно, слишком много времени прошло. Тебе лишь остаётся надеяться, что им никто не поверит. Но я бы всё-таки рекомендовал бросать это место. И готовиться к новой порции насмешек Катерины. Потому что из-за одного самонадеянного кретина нам придётся затаиться ещё пуще прежнего.
Как только Хоунер ушёл, немного восстановивший свои силы учёный встал с пола и подошёл к столу с колбами и письменами. В гневе тот принялся бить по нему сначала одной рукой, потом другой, параллельно выкрикивая одну ругань за другой.
В то же время, сквозь лесную чащу уже какое-то время прорывался Айлан, убегая от местных монстров – волков, чьё тело источало из себя молнии. Однако стоило лишь немного замешкаться, как тот споткнулся об корень древа и упал на землю. Зажмурив глаза от страха и уже приготовившись к смерти, он вдруг услышал волчий скул, а земля под ногами ненадолго затряслась. Когда же он осмелился их открыть, то увидел невероятное. Тело каждого из молневолков пронзило насквозь земляным шипом. Это, впрочем, также пробудило в нём воспоминания о дне двухлетней давности и копье одной безумной эльфийки, отчего тот затрясся.
— Боже! Ребёнок и в лесу тьмы? Что же ты здесь забыл, малыш? — окликнувший его женский голос, впрочем, принадлежал отнюдь не ей.
Это стало ясно окончательно в момент, когда его спасительница наконец вышла из-за деревьев. Обладательница длинных пурпурных волос, одетая в охотничью одежду. Красавица, каких тот не видел ни разу за всю жизнь. Вместе с этим, от неё ещё и не чувствовалось ни толики злости или пресловутого безумия, лишь искреннее желание помочь.
— Ты в порядке? — спросила она, наклонившись. — Я видела, как ты упал. Возможен ушиб, а то и чег-
Но договорить ей не дал Айлан, бросившись в объятья и слёзы. Пусть он храбрился при всех, пусть считал, что умереть будет лучшим выходом, но на деле, глубоко внутри… Не хотел по-настоящему умирать. И это желание жить, несмотря на собственные слова и стремления, давило на него изнутри ещё больше. Ему было стыдно и противно, что он неспособен решиться даже на это, после всего произошедшего. Девушка же, хоть и не знала ни о чём, всё равно поддержала мальчика, обняв его в ответ.
— Чтобы с тобой не случилось… Всё позади.
Просидев так несколько минут, девушка вдруг взяла Айлана на руки и усадила того себе на плечи. Хоть и немного напуганный, но он всё-таки доверился и расслабился. Затем она взглянула на колени мальчишки.
— Да у тебя же колено разодрано! Давай отнесу тебя к себе домой. Подлечим, заодно может быть и расскажешь, как же оказался в подобном месте.
Кивнув, они отправились в путь. И действительно, в чаще леса, как оказалось, была хижина. Достаточно простая, на самом деле. Но сам факт, что в лесу вечной тьмы кто-то жил, поражал мальчика. Ведь всю свою жизнь тот слышал об этом месте ничего, кроме страшилок на ночь. И хоть отчасти они были правы – всё-таки молневолки это не шутки, да и темно здесь и правда круглые сутки – но сейчас лес уже не казался таким уж пугающим. Особенно на фоне всего, что произошло за эти два года. А пока Айлан предавался воспоминаниям, пусть и неприятным, они уже оказались внутри.
Собственно, устройство дома не было каким-то особо роскошным, да и не обязывалось. Базовый минимум, необходимый для комфортной жизни одного человека. Оставив ненадолго мальчика в кресле, девушка вскоре вернулась с парочкой бинтов и целебным зельем.
— Будет немного больно, но потерпи, хорошо?
Когда зелье из склянки коснулось разодранной от падения коленки, боль и правда отдалась эхом по всему телу мальчика, отчего тот поморщился. Впрочем, в остальном он был на удивление терпелив. Перевязав бинтом рану, девушка взяла Айлана на руки и села в кресло, расположив его на своих коленях.
— Ну, теперь подождать пару дней, и будешь как новенький. Кстати, это, наверное немного грубо, но я до сих пор не знаю твоего имени… Меня зовут Алия Морэ, а тебя?
— Айлан…
— Красивое имя! И сколько же тебе?
— Семь, кажется…
— И правда, совсем малыш. Как же ты здесь оказался?
— Я-я.. Я… — но ответить на вопрос мальчик не мог, лишь мямлить под нос и дрожать от страха.
— Ой… Хорошо, а дом твой где?
— У меня н-нет дома… Больше нет, — и не заметил он того сам, как к его щекам вновь подступили слёзы.
И снова заданный вопрос оказался не очень удачным. Всё, что могла в текущей ситуации сделать Алия – это извиниться и дать надежду. Обняв мальчика покрепче, та несколько поникшим голосом произнесла:
— Тогда можешь остаться у меня на какое-то время. Тут в любом случае несколько одиноко, да и помощник по хозяйству, пусть и маленький, будет полезен. Ну, что скажешь?
— Х-хорошо, — очень неуверенно произнёс Айлан. Всё-таки предательство от одного из самых близких ему людей в деревне оставило свой след, и вот так довериться кому-то он не мог. По крайне мере, пока что.
— Отлично! Правда сейчас уже время спать. У меня, к сожалению, второй кровати нет, но можешь пока что поспать в моей. Я приду чуть позже.
Уложив мальчишку колыбельной и проследив, чтобы тот уснул, девушка вышла наружу. И вдохнув поглубже, да накрыв голову капюшоном, направилась в сторону ближайшего города. Спустя полтора часа пути, она наконец стояла у порога магазина одежды, коим заправлял один её старый знакомый. Войдя, Алия сначала ощутила суровый взгляд, но вскоре тот смягчился, стоило лишь владельцу распознать посетителя.
— О, Алия, любимка! Чем обязан и чем повязан? — спросил тот, кого не ожидаешь увидеть в качестве портного – представитель гномьей расы.
— Боракх, нет случаем одежды на мальчика? Лет шести-семи, что-нибудь простое.
— Ой, ну такое было, есть, да будет у меня всегда! — произнёс гном, выходя из-за стойки и направляясь к полкам с упомянутой категорией одежды. Однако стоило ему обработать услышанное до конца, как тот остановился. Небольшой ступор и… — Ребёнок?! Батюшки-матюшки, это же как жизнь моя жилась и прожилась, чтобы я услышал нечто подобное от столь одинокой особы!
— Мне кажется, что один коротышка больно много удумал о своих социальных навыках, — с раздражённой улыбкой на лице произнесла Алия, подходя за спину гнома.
— Так откуда же? — потирая бороду и глядя снизу вверх, спросил Боракх, ничуть не испугавшийся грозной женской фигуры.
— Я не знаю, если честно. Исхудавший и в одних лохмотьях, он чуть не умер от лап монстров. Пока подлечивала, оказалось, что ему некуда идти. И, похоже, мальчик пережил немало плохого.
— Бедняжка-малютка, жаль его. Значит, теперь он с тобой, а ты с ним?
— Какое-то время так и будет, а там уже посмотрим.
Кивнув, гном подошёл к полке и немного порывшись, достал одежду, во многом схожую с таковой у Алии. Та же красновато-серая палитра, капюшон и парочка карманов. Дав должным образом разглядеть, гном спросил:
— Ну, как? С размерами нормально, подойдёт и не отойдёт?
— Замеры не делала, но кажется, что да. И сколько с меня?
— Да как я сметь могу с подруги деньги брать? Я же тебе во век и по век обязан! Держи, плату не возьму.
— Мне несколько стыдно брать задаром…
— Стыд стыдом стыд погоняет, а меня это волновать не должно, да и не волнует вовсе. Иди, ступай. Не то мы так ещё часиков пару-тройку простоим за этим разговором.
Вздохнув от невозможности грамотно переспорить слова гномьего друга, Алия поблагодарила за подарок, попрощалась и вернулась домой. Айлан всё так же спал, хоть и периодически ворочался и дрожал от страха. Повесив купленную одежду на спинку стула, девушка улеглась рядом и прижала его к себе, тем самым успокаивая. И медленно, но верно, сама же провалилась в царство Морфея.
Проснувшийся Айлан, впрочем, рядом её уже не обнаружил. В панике он выбежал из комнаты, пытаясь найти девушку глазами, но затем почувствовал вкусный запах. Того, что он не мог себе позволить последние два года – нормальной еды. И действительно, на кухне в котелке Алия варила суп.
— Проснулся? Я тебе одежду купила, сходи одень. Она на стуле возле кровати. Завтрак скоро будет готов.
Молча кивнув, мальчик побежал обратно. Немного повозившись, вскоре он вернулся с немного более радостным выражением лица и сел за стол. Качая ножками из стороны в сторону, он пусть и нетерпеливо, но ждал. Спустя несколько минут, когда энергия в ногах Айлана уже утихла, к столу был представлен завтрак. Принявшись за трапезу, мальчик умял всю тарелку за минуту, а затем попросил добавки. Удивлённая, Алия принесла ещё порцию, однако с условием, что так спешить он уже не будет.
Таким образом и началась совместная жизнь двух одиноких людей, что постепенно сближались друг с другом. Время шло, их отношения становились крепче, и Алия стала для мальчика кем-то вроде погибшей матери, которой он всё-таки смог довериться полностью. А также человеком, которого тот хотел обязательно защитить. И в качестве способа этого достичь тот к восьми годам избрал путь мечника, начав свои тренировки. Не очень сложные, но усердные – уж бараньего упорства, как оказалось, ему было не занимать. Вдобавок, это также позволило мальчику помогать не только по дому, но и с охотой на монстров. Правда помощи его там было постольку-поскольку, откровенно говоря. Всё-таки для Алии, бывшей в тайне ото всех ведьмой, здешняя фауна не представляла особой опасности.
В любом случае, она была рада, что Айлан не замкнулся в себе окончательно и начал улыбаться. Ведь ему всё так же было тяжело вспоминать события прошедших дней, а выход в город для того становился настоящим испытанием. Хотя частично он таки приоткрыл завесу тайны своего прошлого. И от одной лишь мысли о всём том ужасе, что пережил столь юный и незрелый ребёнок, сердце девушки обливалось кровью.
Параллельно с изучением искусства меча, мальчик также изучал письмо, чтение и математику. По просьбе и с помощью Алии, которая в свободной форме владела всеми тремя предметами, отчего и занималась его обучением лично. А он и не сопротивлялся. Скорее даже наоборот, ему очень нравились эти занятия, и каждую ночь субботы тот засыпал с радостным ожиданием завтрашнего дня.
И вот, с той поры, как испуганного мальчика спасла добрая ведьма, минуло десять лет. За это время глобально некоторые вещи всё же изменились. Появилось ещё несколько апостолов, закономерно увеличивших мощь священной империи, что и так уже была негласным лидером континента Лейнис. Также, расположенное за горами Мольдака королевство зверолюдов Мазо в свете участившихся похищений своих граждан в рабство полностью закрыло водные границы, окончательно изолировавшись от остальных. Что же до культа истины теней и бедствия из массового пророчества, то первые вновь затаились несколько лет назад, а вот со вторым посложнее. Большинство всё так же пытались найти хоть какие-то зацепки или предпосылки его появления, но из-за отсутствия результатов, часть всё-таки смирились и поверили в неактуальность предсказания…
Кроме Гелитуса III, срок власти которого подходил к концу. Он считал, что текущая ситуация – не более, чем затишье перед бурей. Однако его словам верилось уже не столь сильно, как когда-то раньше. Неудивительно, учитывая количество прошедшего с того момента времени и сменившееся отношение к нему после ввода ряда законов, призванных узаконить деятельность магического сообщества. Тот даже был одним из спонсоров академии, открытой в королевстве Блейст, что лишь усугубило ситуацию. Особенно в отношениях с семью столпами. Помимо этого, сейчас все также сосредоточили большую часть своего внимания и сил на отправке кораблей для изучения обнаруженного недавно острова. Его размер был сопоставим с практически половиной территорий, занимаемых священной империей, а вернувшиеся исследователи утверждали, что обнаружили там залежи гедрения – одного из важнейших в развитии технологий металлов, большая часть которого была монополизирована гномьим королевством Моллент.
Что же до парочки жильцов леса вечной тьмы – у них всё было хорошо. Разве что Айлан, ставший зрелым юношей, с недавних пор осознал, что его чувства к Алии несколько более иные и сложные, чем материнская фигура для одинокого мальчика, хоть и уверенности на этот счёт не испытывал. Девушка же, за это время нисколько не постаревшая, тоже находилась в несколько подвешенном состоянии. Но как это и бывает, ни первый, ни вторая, сделать хоть какой-то шаг не решались и внешне относились друг к другу точно так же, как и раньше. Ну, если не считать закономерный переезд в разные комнаты, случившийся уже достаточно давно.
Быть может так бы всё и продолжалось, идя к ожидаемому развитию, однако нечто вроде невидимой длани злой судьбы, нечто вроде песка в часах катастрофы, а может и вовсе падший бог из древних времён хаоса… Решили дать то незаслуженное будущее, которого никто не желал. И именно в этот момент в дверь совета священной империи постучались.
Комментарии